April 8th, 2021

По следам дебютных катастроф

Главный школьный дружбан сына недавно собрался на соревнования по шахматам. Ну и Сева тоже заявил, что хочет участвовать.
С шахматами в нашем роду — довольно неоднозначная ситуация. Например, если бы к нам в 1984-м году пришли с обыском, то нашли бы три комплекта шахмат и стопку книжек в мягких обложках с названиями типа «Теория дебютов». И пойди потом докажи, что все эти предметы были подброшены дядей Колей, братом отца.
Мечта дяди Коли была получить звание — то ли мастера спорта, то ли кандидата в мастера, то ли первый юношеский разряд. Но дядя Коля жил в деревне, и, как я понимаю, со званиями там было туго. А может, против него плел интриги местный гроссмейстер. Как бы то ни было, дядя Коля периодически наведывался к нам в центр мира, Воронеж, за вожделенной корочкой, каждый раз привозя из деревни вместо гостинцев комплект шахмат и очередной сборник комбинационных партий.
Мы с дядей Колей были как Бет Хармон и ее завхоз из подвала. Только вместо банки с транквилизаторами я пытался украсть банку с чайным грибом, но потерял сознание и упал со стула. А, не, пардон. Про банку это был сон. Но в целом история похожая. Во время своих визитов дяде Коле настолько было нечем заняться, что он против моей воли учил меня основам игры. И лишь когда он уезжал, я выдыхал и начинал использовать шахматы по назначению: расставлял фигуры в ряд и расстреливал из пушки резиновыми снарядами.
Интересный нюанс: лет до тридцати пяти я называл ладью — слоном. Ну потому что она похожа на ногу слона! Как вы все это не видите! Не исключено, что в отрочестве я знал, правильное название, но оно как-то улетучилось. Ведь много чего в последующие годы со мной происходило. И качели по голове били, и в погреб падал, и чуть-чуть был сбит мотоциклом, а еще качели по голове били. С другой стороны, существует вероятность, что называть ладью слоном меня научил дядя Коля. И тогда становится понятно, почему он так долго не мог получить заслуженное звание.
Но вернемся к детскому чемпионату. У Севы не было дядя Коли, играть его научили в кружке в детском саду. И, прямо скажем, хотя там ему и объяснили, что слона следует называть ладьей, я не считал это особым преимуществом. В кружке он позанимался хорошо если месяца два и это было еще прошлой весной. Но лично его это не смущало, он верил, что всех победит.
Когда в день турнира я увидел наших соперников, моя тревога усилилась. Сева, к счастью, оставался спокоен, как слон. (Или как ладья? Я уже запутался.) Игроки подобрались опасные. Девочка лет девяти экзальтированно что-то доказывала товарищу, используя слово «априори». Я-то и сейчас это слово с опаской употребляю. А эта девица обращалась с ним походя и без всяких церемоний. «Ох, — подумал я, — нам тут не место». (Для сравнения: на прошлой неделе Сева спросил меня, что такое «конура».) Остальные дети выглядели не менее устрашающе. У одного в глазах читалось, что он знает даже слово «апостериори».
Сыграть нужно было шесть партий.
Первая закончилась победой Севы. Очко ему начислили из-за неявки противника — Севе не хватило пары. «Так! Так! — сказал я, ударяя кулаком в ладонь. — Знай наших!»
После этого полоса удач закончилась. Следующие три партии Сева проиграл. Он бы проиграл и оставшиеся две, но тут нам пришла пора бежать на следующее мероприятие: в этот же день у его второго лучшего друга был день рождения в лазерном тире.
Что хорошо: Севу эта история ничему не научила. Он собирается и на следующий турнир. За этот ему досталась грамота участника и пластмассовый конь на подставке. «Из полудрагоценного камня», — как он заверил меня.